скажешь любовный жар и проваливаешься в остров
тополиного пуха на темной стоячей воде
на острие ножа тонкие ангелы девяностых
пляшущие как потом уже никогда нигде
из темной воды глядит сырой неделимый опыт
прижавшийся кожей к коже заваленный на кровать
и всё еще впереди и всё предстоит попробовать
и выяснить как это всё собою переживать
вот давнее фото на нем мы рядом едва знакомы
вот запись в уже постыдном стареньком дневнике
и шпиль золотой плывет дробится в густой истоме
в миражном асфальтовом мареве и небесной реке
любители прежних дней товарищества по школе
звоните конечно в дверь и ждите вам отопрут
растаявший в пене снег ничейный покой и воля
их в горы с собой берут и щедро впитает грунт
а мы в кривизне витрин летучие и лучистые
размытые и безликие как блики бежим вперед
на старом фото смотри какая нежность и истина
новенькие и робкие как мелодия что вот-вот