на небе только и разговоров
что о небе только и разговоров
что о море только и разговоров
а о земле говорить табу

разве в раю взошедшие сожалеют
разве крылья вокруг недостаточные белеют
видели они эту землю и все закаты
видели этой земли в гробу

к памяти повернуться неверным боком
выдать себя акцентом натужно окать
акать стараться спрятаться раствориться
слиться с прозрачной толпой

не говорят о земле утонуло сгорело
как нелепо спрашивать у престарелого
рокера в наколках металлоломе
что ты играл напой

и не тебе бы салага спрашивать ути-плюти
почему у бабушки на аватарке лютик
откуда у бабушки вообще аватарка
и в шкафу золотой корсет

давай поживи с бабушкино послушай
как минуты шурша бегут набегают в тушу
выброшенного на сушу дельфина
складываясь через двести лет

на небе нет разговоров о море эта
среда перечёркивает остальную планету
этот небесный край белеет синеет
прочих цветов не оставив уже

и мы встречаемся в нем тенями и сквозняками
засланными из прошлого казачками
смотрим друг другу в лица и узнаем лишь
старые ники и юзерпики ЖЖ

и история наша этот груз парашютом
тащится за спиной чтоб в любую минуту
дать под коленки и опрокинуть навзничь
то-то смеху соседям со всей страны

неинтересные не взлетевшие но живые
странного времени памятники сторожевые
ноги тонут в песке да и кто не тонет
на острове Песаха уши Амана длинны

Предыдущая запись
Утром проснулся, а в небе мутно
Следующая запись
Площадное искусство спрашивает
Меню